Brief stories.

"Посчастливилось" мне, значит, отдыхать-выпивать в компании четырех кунов 16-17 лет, и одной тян 16 лвла. Мне самому 20. Разница, в принципе, небольшая, но вот какой казус приключился.


Потягивал я, особо ни о чем не задумываясь, пиво. Тут вдруг я понял, что я проголодался. Время два часа ночи, школьники уже солидно пьяны, и тоже голодны. Тян мне во всю рассказывает про какую-то олимпиаду и свои дохуя необычные музыкальные вкусы. Это галиматья меня заебала, и я спросил у хозяина, что у него есть из "заморить червячка". Тот мне сказал, что жрать вообще ничего нет. Окинув взглядом комнату с явно дорогим евро-ремонтом, я решил, что пиздит мил-человек, и неспешно юркнул на кухню. Пошарил по тумбочкам, шкафчикам и холодильнику, я обнаружил дохуя пустых пластиковых контейнеров, судя по запаху, недавно полных разномастных салатов, пустую упаковку из-под магазинных суши, много этикеток от шоколадок, пустая пластиковая посуда "дошираков" разномастных, бутылки из-под колы и прочих газировок, и вообще, следы пребывания человека с явно не пустыми карманами. Вершиной всего этого стало обнаружение пластиковой коробочки, на которой красовалось название какого-то салата с экзотичным названием стоймостью 500 рублей за 700 грамм. "Да уж! Мажоры." - подумал я. Более детальный обыск кухни, в частности, балкона и морозильника, принес плоды - я обнаружил дохуя варенья, соленьев, замороженного мяса трех видов, картошку, лук, какие-то бобы, яйца, муку, молоко, и вообще еду из разряда "что б приготовить". Глянув на ту самую коробочку из-под салата, я немало озадачился. Не став вникать в подробности, я вернулся в комнату, и громогласно вопросил, почему хозяин квартиры меня обманывает? Ведь мяса и овощей человеку средней комплекции хватит на несколько недель! Получил самый логичный в мире ответ - "Ну это же готовить надо!". На вопрос, почему же он этого не делает, тот со спокойным лицом ответил, что не умеет. Не слабо охуев с такого заявления, я вопросительно посмотрел на тян. Та посмотрела на меня своими довольно милыми накрашенными глазками, состроила "бровки домиком", и ответила также, мол, не умеет. Я забрал ее с собой на кухню, посадил на стул, поставил рядом картошку и ведро для кожуры, дал нож, и заставил заниматься полезным делом, а сам начал искать специи. Ох, как их было дохуя! Начиная от перца и заканчивая какой-то перемолотой китайской хуйней. Я иногда поглядывал на тян. Да уж, ножом еле водит. Отделив мясо замороженное от пакетов и разделав его, я поинтересовался, почистила ли она картоху. Та, с лицом ребенка, который хвастается маме хорошему оценками, вручила мне миску с овощами, а сама смотрела на меня, улыбаясь, держа руки за спиной, явно ожидая похвалы. Знаете, посоны, картошка была с кулак младенца, хотя я отобрал крупные экземпляры. Как оказалось, она, вместе с кожурой, почистила добрую половину картошки. То бишь, не чистила, а тупо срезала куски мякоти. Скрипя душой, я все же похвалил ее, но больше готовку решил ей не доверять, и приставил чистить кастрюли. Куны, явно возмущаясь тому, что я увел у них тян, иногда заглядывали на кухню, интересуясь, чем мы занимаемся. Хозяин квартиры все боялся, как бы я чего не разбил, и что есть мочи пытался заинтересовать тян разными вещами, дабы утащить ее обратно. Я сказал ему принести девушке еще вина, и не мешать, заодно обозвав его неприспособленным к жизни ребенком. Тян захихикала, кун обиделся, но молча ушел. Работа на кухне кипела полным ходом, несмотря на поздний час. Мясо в панировке уже было почти готово. Это мясо, кстати, произвело сильное впечатление на тян. Она восторженно смотрела, как оно жариться, сравнивала его с мясом из KFC за похожий внешний вид, и все норовилась утащить кусочки нарезанных овощей. Что б не мешалась, я навалил в другую миску яйца, молоко и прочие ингридиенты, необходимые для блинчиков, и сказал ей взбить это дело. Та старательно начала этим самым и заниматься. А я пока ебашить из вареной картошки пюре. Закончив с этим нехитрым занятием, я принялся за блины. По привычке переворачивал их, подкидывая в воздухе. Тян, когда это увидела, посмотрела на меня, как на полубога. Наебашив стопку, я открыл варенье, и налил его в миску. Ну тян, само собой, давай туда пальцами лезть. Я слегка стукнул ее по руке, и вручил ложку, заодно приказав прибраться на столе, а сам пошел искать зелень. Нашел петрушку, пойдет для украшения мяса. А заодно нашел мяту и здоровенный и, судя по всему свежий, лайм. Послал тян принести мне остатки водки для "Мохито". Этот процесс занял у нее несколько минут, она мотивировала это тем, что куны "показывали ей приколюшки в контакте". Сделал коктейль, навалял пять порций, а сам прям из посуды, в которой готовил ел. Созвал всех на поздний, но все же ужин. Уплетали за обе щеки, ага! Я заслужил высшие кулинарные оценки, самую высшую - за курицу в панировке. Эти тупые обыватели сравнивали ей с KFC-ным мясом, ну и фиг с ними. Вскоре с едой было покончено. Как уже всем понятно, в ту ночь у меня одного из всей компании был секс с этой тян. Оно и понятно, природа взяла свое - самки добился самый присобленный к жизни парень. А к чему я это все? А к тому, что школота даже картошку чистить не умеет, блядь.

 

Еще


Эта история началась несколько лет назад, когда я только заканчивал школу. Это было весёлое время, но одним из самых ярких символов детства для меня оказалась игровая консоль. Свою первую и, к сожалению, последнюю приставку я получил на новый год от родителей и был ей несказанно рад. ПС2 была тогда ещё в обиходе, а я был не очень разборчив в жанрах и потому скупал все более-менее известные игры, как только у меня в кармане появлялись несколько лишних тысяч.


Но главная суть всего повествования будет касаться несколько иной темы. В те годы, я жил в пятиэтажной панельной хрущёвке. Как известно, такие дома обладают не самой хорошей звукоизоляцией, и если прислониться тихим вечером ухом к розетке, то можно чётко услышать голоса людей, разбирая отрывками фразы. Иногда я так развлекал себя от скуки.


И так получилось, что за моей стеной, хоть и в соседнем подъезде, жила крайне скандальная и шумная семья. Частенько можно было услышать различные женские крики, возгласы и даже довольно грубую брань. Но больше всего меня волновал другой, детский голос. Было очевидно, что моя соседка – это маленькая девочка, а все оскорбления и крики хозяйки квартиры были именно в её адрес. Сначала слышались споры, а потом оставался лишь плач.


Я знал лишь то, что девочке должно быть около 11-12 лет (училась в пятом классе) и зовут её Лиза. Она часто ссорилась с матерью, получая ругань и даже удары за то, что всего лишь не могла понять некоторые математические формулы. И в какой-то момент я проникся жалостью к неизвестной соседке и решил сам с ней встретиться.


Был морозный декабрьский день, когда я сидел на замерзшей скамейке и ждал. Я уже знал, что в это время она должна вернуться домой из школы. Прогуливая последние уроки, я боролся с холодом, как вдруг услышал хруст снега, а из-за угла дома вышла девочка в длинной тёмной кожаной куртке и такой же кожаной кепке, с ранцем наперевес. Под мрачной и совсем не детской, одеждой, скрывались усталое, маленькое, красное от мороза лицо и коротко стриженные каштановые волосы. Я подошёл к ней, но по неосторожности, напугал, когда перекрыл собой дорогу прямо перед подъездом.


— Эй, подожди, ты случайно не из 46ой квартиры? — сразу начал я.


— Да, — ответил знакомый, хоть и немного растерянный голос.


— Лиза, верно?


— Да, — ещё тише отвечала она.


Девочка явно занервничала. Я решил не медлить.


— Слушай, я твой сосед из того подъезда.


Указав на дверь, я начал продумывать свои фразы, но сбивался с мысли. Лишь теперь я осознал, что совершенно не подготовился к разговору.


— Твоя квартира прямо за моей стеной. Просто я слышал, как ты каждый вечер плачешь и хотел вот поговорить с тобой или подружиться.


Слова оказались подобраны плохо, и после них девочка окончательно смутилась и, отвернувшись, резко ответила:


— И чего тебе надо?


— Мне просто жаль тебя, — продолжал я, уже не размышляя, — я знаю, что на тебя мама постоянно кричит.


— Она мне не мама. И ещё эта паскуда отнимает у меня компьютер, даже когда я всю работу домашнюю сделаю.


Грубые слова такой малявки сбили меня с толку. И почему она сказала: «не мама»? Нужно было что-то придумать, и тогда мне в голову пришла внезапная мысль.


— А ты на нем во что-то играешь?


— Тебе-то что?


— Да у меня вот приставка дома есть…


Засиявшие ярко-зеленые детские глаза показали успех моей идеи.


— А у тебя какие игры есть? — спросил меня тихий девичий голосок.


— Ну, гта, теккен, фифа…


— А гоночки есть? На два игрока, — перебила она.


— НФС, вроде, была где-то.


Я видел, как девочка всеми силами пыталась мне что-то сказать, но никак не могла.


— Хочешь поиграть? — спросил я, улыбнувшись, осознавая успешность своего решения.


— Ага...


Одно я понял точно: в тот день я встретил самого агрессивного и азартного игрока за всю свою жизнь. И хотя внешне Лиза не проявляла ярко свои эмоции, девочка была полностью поглощена игрой. Да и играла она для девчонки весьма не плохо. Так и началось наше знакомство.


Для поддержания общения, мы с Лизой договорились связываться самым удобным для нас способом – через стену. Никогда не забуду то чувство, когда сидя в тихой комнате, вдруг слышишь мягкий детский голосок, который зовёт тебя по имени откуда-то из глубины пластмассового квадрата в бетонной плите. Возможно, что моя подруга не осознавала той разницы в возрасте, которая могла принести для меня некоторые проблемы с непониманием в обществе, но, тем не менее, совсем не боялась моей компании и каждый раз с улыбкой на лице прибегала ко мне домой после уроков.


Лиза так же многое рассказала о своей семье. Как оказалось, жила она со своим отцом, от которого ушла родная мать девочки, и его второй женой Тамарой, держащей в руках весь дом. Отец для неё почти не существовал, пропадая на работе и во всём подчиняясь жене. Моя семья никогда не знала подобных проблем, и я чувствовал, как что-то меняется в моём мироощущении под влиянием этого маленького существа, терпящего грубости у себя дома и так беспечно играющего здесь, со мной, в мою приставку. Я будто ощущал себя старшим братом, пытающимся защитить свою сестру, проявляя к ней заботу, которой так не хватало девочке. Да и сама Лиза всё сильнее сближалась со мной.


Наша история прервалась через полгода, почти сразу после моего выпускного. Я уже сдал все экзамены и просто наслаждался последними свободными неделями лета. Я сидел на скамейке в парке и ждал свою маленькую подругу. Мы частенько гуляли вместе в перерывах между игрой и сегодня, как обычно, договорились встретиться в этом месте. Время близилось к назначенному часу, когда ко мне подошли двое: тучная женщина с суровым взглядом и печальный мужичёк средних лет.


— Эй, парень, тебя как звать? — обратился ко мне до боли знакомый женский голос.


— Лёша.


— Это ты из этой… 59ой квартиры?


— Ну да.


Внезапное осознание ситуации начало не на шутку пугать, когда женщина подошла ко мне и буквально подняла со скамьи за воротник моей рубашки.


— Так вот ты кто такой! Сволочь! Ты что с дочерью моей делаешь, педофил?


Растерявшись, я ответил резко, совсем не подумав:


— Она вам не дочь, и матом вы её каждый день кроете!


Лицо женщины залил гнев. Одна её рука отпустила меня, и в следующую секунду я уже почувствовал сильный удар в челюсть, после которого повалился назад на скамейку.


— Короче, мне плевать, кто ты такой, но ещё раз к ней подойдёшь – на зону тебя отправлю. Понял, паскуда? — всё ещё гремел мерзкий голос.


Паскуда… А ведь интонация похожа. Разборка оказалась короткой, и разъярённая женщина, отвернувшись, поманила за собой своего спутника, который всё стоял в стороне и зачем-то продолжал смотреть на меня.


— Парнишка, — вдруг обратился ко мне мужик и быстро договорил. — Оставь ты её лучше пока до беды не дошло.


С этими словами он скрылся из виду.


Было обидно и больно. Лицо моё оказалось разбито грубым ударом, а на губах я чувствовал привкус крови. Щека начинала опухать. В голове никак не воспринималась мысль о том, что меня в итоге ложно обвинили в совращении. Но делать уже было нечего. Поднявшись со скамьи и кое-как поправив рубашку, я отправился назад домой. Больше я Лизу так и не увидел.


…


Прошло несколько лет, прежде чем я вернулся в родной город. Почти сразу после моего отъезда, родители были вынуждены продать нашу старую квартиру, чтобы оплатить моё обучение. Не хотелось ехать в новую однокомнатную коморку, но после универа, мне пришлось остаться на малой родине.


Был летний воскресный денёк, как тот, что всё ещё оставался у меня в памяти чёрным пятном. Я решил прогуляться по городу и случайно забрёл во двор, в котором прошло всё моё детство. Подойдя к стенам родной пятиэтажки, я хотел было присесть, но с горем обнаружил лишь разбитый остов, некогда целой, скамейки. Схожей конструкции у соседнего подъезда повезло больше. Я уселся на старые, деревянные доски и закурил. Пару минут я находился в собственных мыслях, придаваясь ностальгии, как вдруг резкие звуки домофона и открывшейся двери вернули меня к реальности.


Из подъезда вышла высокая стройная девушка с каштановыми волнистыми волосами и большими зелёными глазами. С мягкой улыбкой на лице и высоко поднятой головой, она прошла мимо меня, но вдруг замедлилась и, совсем остановившись, развернулась в мою сторону. Я лишь успел едва убрать изо рта сигарету, как в следующее же мгновение, мягкие и нежные руки обвили мою шею.


— Лёша! — зазвенел яркий возглас. Это была та сама девочка Лиза, но уже образца выпускных классов. Только сейчас я вспомнил, что это был её подъезд.


— Неужели это ты? — продолжала она, отпустив меня. — Я уж и не надеялась тебя больше встретить. Прости, что тогда тебя выдала. Тамара на меня в тот раз накричала сильно и пригрозила, что ещё бить будет. Мне когда папа рассказал, что случилось, я сама расплакалась и думала, что ты теперь совсем не захочешь меня видеть. А когда узнала, что родители твои квартиру продали, решила, что даже попрощаться с тобой не смогу.


— Вот глупая, — с усмешкой ответил я. — Ты лучше скажи, как теперь дома поживаешь?


— Ну вот, десятый класс закончила. Потом экзамен, все дела. Кстати, мы, теперь, с папой вдвоём живём. Он в тот же год развёлся.


«Всё же подумал о дочери…» — пронеслось в голове.


— Слушай, - начала вновь Лиза после паузы. – А ты всё ещё играешь или уже времени нет?


— Да у меня тем же летом консоль сгорела. За неделю до отъезда перебой в сети был, и она вместе с телевизором старым накрылась. А на новую денег не было.


— Ну вот. А-то думала.


Снова пауза. Я заметил, что Лиза, как в тот раз, вновь что-то хочет сказать, но не может решиться.


— А ты сегодня не занят?— наконец спросила она.


— Да нет, гулял просто, выходной.


— А я вот, недавно поднакопила и третью плойку купила.


— Круто


— Я просто это всё к тому, что отец сегодня на дачу уехал, а меня дома оставил. Не хочешь зайти? Я всё равно лишь в магазин собиралась, так что у меня сегодня дел тоже нет.


— А, это ещё зачем? — спросил я у неё с недоверием.


Ответом была лишь застенчивая улыбка моей юной подруги, которую я столько раз уже видел несколько лет назад.


— Гоночки? Два игрока?


— Ага…