Literature

I remember how I died.

Сердце остановилось тихо, почти вежливо. Без рывка, без боли, как будто организм устал раньше меня и просто выключил свет. Последнее, что я почувствовал, был холод под лопатками и странное облегчение - больше не нужно держаться. В этот момент я точно знал - это конец. Не образно. Физически.

Я ожидал пустоты или темноты. Или чего угодно, что означало бы "дальше". Но ничего не изменилось. Комната осталась на месте, потолок не исчез, тишина не растворилась. Я понял, что умер, не потому что что-то случилось, а потому что тело перестало отзываться. Я больше не мог моргнуть. Не мог вдохнуть.
Я увидел своё тело не сразу. Сначала я почувствовал расстояние. Будто между мной и тем, что лежало на кровати, пролегла тонкая прослойка. Когда я понял, что это Я, мысль не принесла шока. Только неловкое “молчание”. Тело выглядело брошенным. Слишком неподвижным. Слишком окончательным.

В комнате было что-то лишнее. Не предмет. Не тень. Ощущение. Как если бы смерть не пришла одна. Будто кто-то стоял и ждал, пока процесс завершится полностью, чтобы можно было остаться наедине со мной. Я не видел его, но чувствовал внимание - спокойное, изучающее. Не злое. Равнодушное.
Потом началось самое тяжёлое. Мысли не остановились. Они стали чище, острее. Без возможности отвлечься дыханием, болью или движением. Я вспомнил всё, что пытался забыть когда-то. Воспоминания не приходили по очереди - они навалились разом, словно приговор в суде, зачитанный без пауз.
Я понял, что не чувствую времени. Оно больше не тянулось и не шло. Оно просто было... И в нём не было будущего. Только повтор прошлого. Я снова и снова возвращался к моменту смерти, но не к телу, а к осознанию что это состояние не закончится никогда. Я не смогу уснуть. Не смогу исчезнуть. Не смогу сойти с ума, потому что без мозга безумие невозможно, а сознание - осталось.

Я умер в своей постели. Это я помнил точно. Но сейчас я не был в ней. В комнате я был везде сразу, и нигде по-настоящему. Зеркало напротив отражало пустоту. Не тьму, а именно пустоту, словно вырезанное место. Тогда я понял - я не стал призраком. Призраки хоть как-то видимы, по крайней мере я так думал.

Оставалась только мысль. Чистая, запертая, бесконечная. И присутствие всё ещё здесь - оно больше не наблюдало. Оно осталось. Я всё ещё ждал конца. И впервые понял, что ждать больше нечего. Конец уже был. Это и есть я.
Я понял: смерть не освобождает. Освобождения не существует.